Здоровье и безопасность детей: борьба с педофилией или предвыборные трюки?

4 октября 2011 года Государственная Дума РФ рассматривала уже новый проект закона об усилении уголовной ответственности за преступления сексуального характера в отношении несовершеннолетних.


Об этой проблеме говорится давно, приводятся конкретные факты и цифры. Так, только в 2010 году были изнасилованы 384 ребенка, не достигших 14-летнего возраста. А всего пострадало от сексуальных домогательств 1766 несовершеннолетних.


Заметим, что шумихи вокруг педофилии гораздо больше, чем конкретных дел. В том числе и со стороны законодателей.


Еще 8 апреля 2008 года мы писали об обсуждении проблем безопасности детей в Общественной палате РФ, где было отмечено, что рост насилия в отношении несовершеннолетних увеличился в 25 раз по сравнению с 2003 годом. Прошло еще три года, и 1 июня 2011 года во втором чтении был принят законопроект «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации в целях усиления ответственности за преступления сексуального характера, совершенных в отношении несовершеннолетних». Однако его благополучно похоронили в недрах Госдумы.


12 июля 2011 года Президентом РФ вносится новый, аналогичный по названию законопроект, который и был принят в первом чтении 4 октября 2011 года. И что мы видим? Предложение об усилении уголовной ответственности, вплоть до пожизненного заключения в случае рецидива, а также применение мер медицинского характера (никем не разработанных), вплоть до так называемой «химической кастрации». К слову, термин совершенно неуместен, так как под кастрацией понимают удаление половых желез, а не подавление их функции дорогостоящими препаратами, на которые, если верить Минздравсоцразвития РФ, денег в бюджете нет.


Интересно, что из нового законопроекта исчезли положения, касающиеся детского порнобизнеса. Так, полностью умалчивается об использовании несовершеннолетнего в целях изготовления порнографических материалов или предметов, их распространении и обороте; а также о детской проституции. Также кануло в Лету президентское предложение о создании единой базы лиц, склонных к насилию. Единственное, что об этом напоминает, так создание сайта pedoindex.name.


Не вызывает сомнения, что тема педофилии и псевдоборьба с ней очень выигрышна в преддверии выборов.


Интересно высказывание Лидера движения «За права человека» Льва Пономарева о том, что в такой коррумпированной системе как сегодня, ужесточать наказание нельзя. И в чем-то он прав. Кто посмеет привлечь к ответственности гражданина из богатого сословия, приезжающего в детский публичный дом за малолетками на шикарном «Лексусе»?


Скорее дело в системе, государственно-общественных отношениях, миграции и переоценке ценностей. Почему в СССР эта проблема не была так остра? И Уголовное наказание было куда мягче: изнасилование несовершеннолетней, не достигшей 14-летнего возраста, наказывалось лишением свободы на срок от пяти до пятнадцати лет (сейчас от двенадцати до двадцати лет), а развратные действия – лишением свободы на срок до трех лет (сейчас от трех до шести лет). То есть усиление ответственности уже произошло, только вот где результаты?


К сожалению, в стране, где правят только деньги, дети всегда будут беззащитны. И надеяться остается им только на своих родителей.


Комментарий специалиста.


Педофилия – психическое расстройство, относящееся к классу нарушений сексуального предпочтения наряду с зоофилией, геронтофилией, садомазохизмом, эксгибиционизмом и некоторыми другими. Сутью его является достижение полового возбуждения и удовлетворения преимущественно с помощью фантазий о сексуальных отношениях с детьми, юношами или девушками, не достигшими половой зрелости.


Далеко не все педофилы становятся преступниками. Более того, по данным независимых опросов, от 4 до 10 процентов, например, выпускников высших учебных заведений испытывают или испытывали половое влечение к лицам, не достигшим возраста сексуального согласия (в России это 16 лет). На самом деле, очевидно, цифры еще больше. Основная масса лиц, имеющих наклонности к педофилии, реализуют свои половые пристрастия посредством фантазирования, просмотра соответствующей фото- и видеопродукции, а также в отношениях, не носящих характера преступления. Поэтому говорить о том, что термины «педофил» и «преступник» синонимы, было бы, с моей точки зрения, не совсем верно.


Законопроект, широко обсуждаемый в последнее время в медицинских, юридических и политических кругах направлен на ужесточение наказаний лиц, совершивших преступления против половой неприкосновенности граждан, не достигших возраста сексуального согласия. То есть, призван упорядочить наказание для той части педофилов, сексуальные предпочтения которой выливаются в преступление. Действительно, в последние годы в нашей стране, согласно статистике, количество преступлений сексуального характера, в частности, против несовершеннолетних граждан, значительно выросло. Появляется информация об изнасилованиях в семьях, школах; прямо посреди белого дня на улицах городов пропадают дети, а рынок порнографии буквально ломится от различного рода фильмов с участием несовершеннолетних. Говорят, на черном рынке цена на такие фильмы колеблется от пятисот до двух-трех тысяч долларов; а также, что за такой продукцией к нам в Россию специально приезжают даже граждане из-за рубежа. Совершенно закономерно, что на эту важнейшую проблему обратили внимание законодательные органы.


Решение вопроса наказания/лечения парафилий всегда наталкивалось на определенного рода трудности. Действительно, парафилия (и педофилия, как один из ее видов) – это болезнь, а значит, больные лица подлежат лечению. И, согласно статье 32 «Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан», необходимым предварительным условием любого медицинского вмешательства является информированное добровольное согласие гражданина. Однако, согласно статье 29 «Закона о психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», такое лечение может быть произведено без согласия лица, «…если его психическое заболевание является тяжелым, а состояние… обусловливает непосредственную опасность для себя и окружающих».


Тем не менее, в большинстве случаев лица, свершившие преступления против половой неприкосновенности граждан, не достигших возраста сексуального согласия, осуждаются по статье 22 УК РФ: «Уголовная ответственность лиц с психическим расстройством, не исключающим вменяемости». Они отбывают срок наказания и выходят, зачастую по УДО, на свободу, где половина из них (по самым скромным оценкам) совершают повторно преступления того же характера. Очевидно, что проблема сексуальной преступности не решается путем только лишения свободы, без применения принудительных медицинских мер. И вот здесь возникает загвоздка.


С одной стороны, объектом медицинского вмешательства выступает именно болезнь, то есть мы должны воздействовать медикаментозными, гипносуггестивными, психотерапевтическими методами на биологический и психологический субстрат патологии. С другой стороны, эти меры должны быть достаточно эффективными, чтобы вывести пациента в ремиссию, не задев ни ядра его личности, ни человеческого достоинства («Пакт о гражданских правах» ООН, «Закон о психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», Конституция РФ).


Химическая кастрация, предлагаемая в качестве решения проблемы сексуальной преступности, во-первых, не дает никаких гарантий соблюдения принципа исключения унижения человеческого достоинства (например, у мужчины может начать расти грудь, измениться голос или исчезнуть способность совершать нормальный половой акт); во-вторых, любая гормональная терапия склонна изменять личность; а в-третьих, обладая элементарными знаниями по биологической химии, можно вообще свести к нулю действие гормонального препарата, что, конечно, не учитывается теми, кто предлагает подобный метод решения вопроса.


Кроме всего прочего, в структуру заболевания, о котором мы говорим, входит не только биологическая и психологическая составляющие. Все представляется несколько более сложным. Сюда входят и социальные установки лица, страдающего психическим расстройством подобного рода, и, возможно именно ядерные структуры личности: то, воздействовать на что мы не имеем ни возможности, ни права. То есть метод химической кастрации тоже не представляется решением проблемы принудительного лечения лица, совершившего преступление на почве педофилии. Глава Минздравсоцразвития РФ Татьяна Голикова в июле 2011 года заявила о том, что проблема химической кастрации не имеет простого решения.


С моей точки зрения, вообще не имеет простого решения проблема адекватного наказания лиц, совершивших сексуальные преступления на почве парафилий. Очевидно, необходимы какие-то специальные меры, специальные учреждения, может быть, поселения для таких людей. На сегодняшний день доподлинно неизвестно, что именно играет решающую роль в формировании подобного заболевания: биология или социум. Но и в том, и в другом направлении нужно работать, чтобы снизить количество преступлений сексуального характера.


Врач-психиатр Михаил Васильев.


Читайте по теме:


Страсти вокруг педофилии


Общественная палата пытается защитить детей


Откуда берется детская проституция и беспризорность?


Что такое коммерческая сексуальная эксплуатация детей (КСЭД)?


Государственная Дума РФ решает вопрос о борьбе с педофилией

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

3 + два =